Monday 6th of July 2026 12:51:31 PM

Квартира для убийцы: Битцевский маньяк получит жильё по реновации, пока отбывает пожизненный срок

Квартира для убийцы: Битцевский маньяк получит жильё по реновации, пока отбывает пожизненный срок

Дом серийного убийцы Александра Пичушкина на Херсонской улице в Зюзино попал под реновацию. Мать маньяка переедет в новостройку, а вместе с ней — и право на жильё у её сына, отбывающего пожизненное в колонии «Полярная сова». Соседи в ужасе: они не хотят видеть убийцу в своём районе.

Хрущёвка на Херсонской, 2 в московском Зюзино, где до ареста жил Александр Пичушкин, готовится к сносу. Программа реновации переселяет всех жильцов, включая 73-летнюю мать маньяка Наталью Гуськову. Соседи не скрывают тревоги: новая квартира может стать формальным поводом для возвращения убийцы.

Не хотелось бы, чтобы Саша возвращался. Мы его тут не ждём, — признаётся в беседе с KP.RU соседка Валентина, знавшая Пичушкина с детства.

Жильцы дома до сих пор помнят жертв маньяка. По словам Валентины, Пичушкин убил мальчика с проблемами здоровья из второго подъезда и тяжело ранил мужчину из третьего. Сама она видела, как будущий убийца рос:

«Семья тихая, спокойная... Он сам всегда был очень замкнутым».

Соседка уверена: Александра сломали в интернате, где в 1980-е годы его жестоко били. Мать, по её словам, не виновата — она «хорошая женщина, с сыном не повезло».

Юридически новая квартира достанется матери, если она является собственником. Но адвокат Елена Пономарёва поясняет: если Пичушкин прописан в старом жилье, его регистрация автоматически перенесётся в новое. А в случае смерти матери маньяк сможет претендовать на наследство — даже пожизненное заключение не лишает его этого права. Сделать его недостойным наследником нельзя: его жертвы — посторонние люди, а не мать.

Сам Пичушкин, осуждённый за 49 убийств, уже отсидел 20 лет из пожизненного срока. В 2027 году он получит право на УДО, но шансы минимальны — маньяк открыто заявлял: «Если выйду — продолжу убивать». Родные с ним не общаются. Шурин признался: «Он здесь никому уже не нужен».