В ночь на 4 мая 2026 года ситуация на Ближнем Востоке резко обострилась. Тегеран впервые с 9 апреля нанес удар по территории Объединенных Арабских Эмиратов, что стало самой серьёзной эскалацией с момента объявления перемирия между США и Ираном.
Министерство обороны ОАЭ сообщило, что силы противовоздушной обороны страны перехватили 12 баллистических и 3 крылатые ракеты, запущенные с иранской территории, а также 4 беспилотника. Одна из целей была поражена в районе нефтепромышленного комплекса Эль-Фуджайра: после удара иранского БПЛА там произошел пожар.
Обернется ли эта ситуация очередным витком эскалации и возобновлением ударов между США и Ираном, aif.ru раскрыл заместитель директора Института истории и политики МПГУ, политолог Владимир Шаповалов.
Версии атаки: американский корабль или эмиратский танкер
Сразу после инцидента иранское государственное телевидение со ссылкой на высокопоставленный военный источник опровергло намерения Тегерана атаковать Эмираты.
«Иран не планировал и не собирается наносить удары по ОАЭ», — утверждает источник.
По версии иранской стороны, главной целью атаки был американский военный корабль, следовавший через Ормузский пролив. Однако в ОАЭ эту версию категорически отвергают и настаивают: под удар попал эмиратский танкер, принадлежащий государственной нефтяной компании ADNOC.
Президент США Дональд Трамп также обвинил Иран в ударе по южнокорейскому судну в Ормузском проливе.
Фронт и переговоры: тупик и угроза полномасштабной войны
Ситуация усугубляется тем, что переговорный процесс между Вашингтоном и Тегераном фактически зашел в тупик. Несмотря на перемирие, вступившее в силу 8 апреля, ни одна из сторон не достигла своих стратегических целей.
Политолог Владимир Шаповалов в беседе с aif.ru отметил, что вероятность активизации боевых действий высока как никогда.
«Пока говорить о начале новой активной фазы военного противостояния всё-таки преждевременно. Хочу подчеркнуть: война и не завершалась. Хотя Трамп заявлял о том, что он завершил войну, эти слова носили сугубо внутриполитический характер. Конфликт остается незавершённым, но вероятность новой фазы активизации боевых действий достаточно высока. Ни одна из сторон не достигла своих целей, и в то же самое время сохраняется потенциал — прежде всего военный — для продолжения боевых действий», — подчеркнул эксперт.
Ормузский пролив: двойная блокада
Ключевым фактором напряжения остается Ормузский пролив — стратегическая артерия для поставок ближневосточной нефти. Ситуация с его двойной блокадой — с одной стороны Ираном, с другой — Соединёнными Штатами — по мнению Шаповалова, долго продолжаться не может.
«Судя по тональности последних заявлений, переговорный процесс зашел в тупик. Следовательно, вероятность активизации военных действий существует», — констатировал политолог.
С момента введения морской блокады американские военные перехватили 49 торговых судов, связанных с Ираном, сообщает CENTCOM. Тегеран, в свою очередь, заявил о блокировке прохода в проливе для «американских и сионистских вражеских эсминцев». Переговоры, проходившие при посредничестве Пакистана, результатов не дали — США отвергли иранский мирный план из 14 пунктов.
Ракетный потенциал: Иран способен нанести «существенный урон»
Оценивая реальные возможности Исламской Республики в случае дальнейшей эскалации, Шаповалов отметил, что Тегеран располагает достаточным арсеналом для нанесения серьёзного ущерба.
«Даже по оценкам западных и американских исследователей, Иран обладает достаточным ракетным потенциалом. Это главная причина того, что война осуществляется именно таким образом, и Соединённые Штаты фактически терпят неудачу», — заявил он.
Политолог добавил, что урон, нанесенный США, уже сейчас более чем серьёзный: по данным западных источников, 16 американских военных баз в регионе подверглись атакам и в той или иной степени разрушены.
«Так что, да, такой ресурс для атак есть. У Ирана достаточно ресурсов, достаточно ракет. Поэтому будет достаточно сил и ресурсов для того, чтобы нанести существенный урон Соединённым Штатам», — заключил он.
Удар по ОАЭ стал тревожным сигналом для всего ближневосточного региона. Затрагивая экономические и военные интересы как монархий Персидского залива, так и внерегиональных игроков, он демонстрирует высокую вероятность перехода затяжного конфликта в новую, более интенсивную фазу. Тупик на переговорах, сохранение мощного военного потенциала у всех сторон и продолжающаяся борьба за контроль над Ормузским проливом создают взрывоопасную ситуацию, при которой любой даже незначительный инцидент может стать спусковым крючком для полномасштабной войны.